Максимальный минимум


«Как бы вы назвали фильм о Jaquet Droz, – спрашиваю я у Мануэля Эмша, – «Спящая красавица» или «Иногда они возвращаются»?» Молодой начальник Jaquet Droz не обижается. Его донимают такими вопросами с 2002 года, когда всесильная Swatch Group гальванизировала марку, знаменитую три века тому назад, но уже много лет лежавшую под аппаратом искусственного дыхания.
Мануэль Эмш учился сначала искусству, а потом бизнесу. Это сделало его не только фаном художественных музеев, специалистом по арт-рынку (он, кстати, работал в русском отделе Sotheby’s в Лондоне), но и коллекционером cовременного искусства и часов. Ему случалось проводить ночь перед магазином в ожидании новой лимитированной коллекции Swatch.

В 2001-м он пришел в Jaquet Droz, став главой великой фирмы, состоявшей тогда из одного-единственного часовщика. С появлением Мануэля штат, таким образом, вырос вдвое. В первой же модели нового Jaquet Droz – Grande Seconde – Эмш использовал схему старых наручных часов Жаке Дро и получил эффектный «перевернутый» рисунок циферблата («восьмерку» с главным кругом секунд и дополнительным кругом минут-часов) и сверхкрупный корпус. Что, во-первых, соответствовало моде, а во-вторых, изрядно облегчало работу – в просторном корпусе легче расположить механизм и постепенно развивать его.
Авантюра молодого Эмша мне отчасти напоминает историю самого Дро. Конечно, тот не носил очков в черной дизайнерской оправе, но на старом портрете у него такой же веселый и наглый вид.

Он был еще моложе в 1738 году, когда основал первую свою мануфактуру в Шо-де-Фон. За отсутствием бизнес-школ он учился теологии. Потом физике у самого Бернулли, потом часовому делу, развивающейся и много-обещающей отрасли промышленности. Так молодые ребята в 1960-е шли в ядерные физики а в 1980-е – в компьютерные программисты.

Жаке Дро прославился своими андроидами, роботами на шестеренках. Три построенных им автомата хранятся в музее в Невшатели. Это музыкантша, играющая на клавесине и шумно дышащая полной грудью. Это художник, который чертил на выбор портрет Людовика XV и собачки Туту (иногда скандально путая их между собой), и писатель, способный выводить своим пером целые фразы. Дро делал поющих птиц и торговал с Китаем, так что андерсеновский «Соловей» явно дело его рук. Славу его сравнивают со славой Бреге, но даже на такой славе не протянешь три века, хотя Jaquet Droz недавно возобновили производство знаменитых автоматов – на заказ под миллион франков.

Когда я спрашиваю Эмша, кто его нынешние клиенты, раз в Китае нет императоров, он говорит, что делает часы для арт-дилеров, умеющих оценить драгоценные материалы циферблата и его рисунок, для коллекционеров, которые могут воспользоваться преимуществами малых серий.
– Самое трудное в нашем деле, – говорит Эмш, – простые часы с тремя стрелками. Все увлеклись турбийонами, мы сделали ставку на лаконичные вещи. Если бы меня спросили, какой у меня принцип в дизайне часов…
– Какой?
– Уменьшить до максимума!

Поделитесь в социальных сетях:
Share on Facebook
Facebook
Share on VK
VK
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on StumbleUpon
StumbleUpon
Share on Google+
Google+
Pin on Pinterest
Pinterest

Комментарии

комментариев